19 февраля 2020 Акимовка, Область, Район, Страна 46  0 

Превед, медвед (До Дня рідної мови)


Печально, конечно, но о многих важных вещах мы говорим исключительно накануне памятных дат: о женщинах – в преддверии 8 марта, о ветеранах – перед 9 мая, о матерях, защитниках, спасателях и т.д. Ну, и раз уж у нас «на носу» День родного языка, то хотелось бы и о нём замолвить слово. И не важно для кого он какой – хоть украинский, хоть русский, да хоть суахили. Язык — очень важное средство самоидентификации, это практически часть личности. Не даром же он родной. Но, как свидетельствует современная аналитика, у подавляющего большинства наших сограждан отношения с языком (и с украинским, и с русским) далеко не родственные, и примеров тому великое множество. Я уже молчу об орфографии, говорить о ней в приличном обществе сейчас почти что неприлично, но и все остальные аспекты речи в весьма плачевном состоянии – скудный, почти примитивный, словарь; нелепые грамматические конструкции; непонимание смысла слов и, естественно, неправильное их употребление; трудности в построении и понимании даже устных фраз, что уж тут говорить о письменных. В общем, всё то, что называется грамотной речью, сейчас в абсолютном и полном «загоне». И виноваты в этом именно мы – те самые носители языка, которые обязаны его сохранять на деле, а не просто жонглировать лозунгами про «захист» и «автентичність».

Непосредственных причин у безграмотности много. Во-первых — это компьютеризация населения. «Word» все равно все исправит – считают многие люди. Да, текстовый редактор Word с успехом правит не только грамматические, но и орфографические ошибки. И тем не менее, компьютер – всего лишь машина, она может «не знать» неологизмов, «не понимать» употребление того или иного слова без контекста. Да и уверены ли вы, что Word поможет вам в будущем?

Вторая не менее значимая причина – потеря интереса к чтению художественной литературы и к чтению вообще. Читая какое-либо произведение, человек запоминает написание слов и постановку знаков препинания, то есть развивает орфографическую и пунктуационную зоркость. Да и телевидение вносит свою пагубную лепту — оно стало первым источником информации, не требующим никаких усилий по восприятию и анализу. Картинка заменяет дикторский текст, экшн, частая смена кадров и декораций не дают оторваться, заскучать.

Не менее пагубно на молодые умы влияет и ставший в последнее время весьма модным так называемый «падонковский» язык. Это когда слова умышленно коверкаются и пишутся безграмотно: превед, пожалусто, канешна и т.д. Использование этого компьютерного сленга, изначально призванное замаскировать безграмотность, теперь её всячески стимулирует и весьма поощряет. Ведь по негласному правилу почему-то считается, чем сильнее и смешнее ты исковеркал родной язык – тем лучше.

Постепенно этот сленг начал трансформироваться из исключительно письменного варианта и в устную речь. Сейчас наблюдается тенденция и в разговоре делать неверные ударения в словах, умышленно произносить их неправильно. Как сказал с досадой один из резидентов популярного ТВ-шоу «Comedy Club» Александр Незлобин: «Зачем я учил грамматику, если сейчас все равно модно «превед, медвед»?

Всем революционным эпохам, каковой без сомнения является и наша, свойственно презрение к «форме» и погоня за «существом». В результате и получилась та недооценка значения грамотной и правильной речи, которая является коренной причиной современной безграмотности. А ведь совершенно ясно, что если все будут говорить и писать по-разному, то мы в конечном итоге перестанем понимать друг друга. Смысл и ценность грамотности в ее единстве. Чем идеальнее это единство, тем легче взаимопонимание да и вообще понимание чего бы то ни было.

А с пониманием у нас тоже ооочень большие проблемы. Речевая неграмотность, как снежный ком, обрастает, так сказать, сопутствующими товарами – финансовой, экономической, политической и такой нынче много обсуждаемой функциональной безграмотностями. Люди, страдающие функциональной неграмотностью, узнают слова, но не умеют декодировать язык, находить в нем художественный смысл или информационную пользу (и как результат — плохо разбираются и в политике, и в экономике, и во всем остальном). Поэтому читатели и зрители из них никудышные — они предпочитают самую грубую и прямолинейную поп-культуру. Некоторые исследователи считают, что функциональная неграмотность хуже даже обычной безграмотности, поскольку указывает на более глубокие нарушения в механизмах мышления, внимания и памяти.  Люди формально умеют читать и писать, но не понимают смысл прочтенной книги или инструкции, не могут написать логически связный текст.

Функционально неграмотные граждане избегают сложных задач, заранее уверены в провале, не имеют мотивации браться за более трудные задачи, повторяют одни и те же системные ошибки. Такие люди часто пытаются отмазаться от любых интеллектуальных задач, ссылаясь то на насморк, то на занятость, то на усталость. Боятся честно признаться, что не любят читать. Просят других людей объяснить им смысл текста или алгоритм задачи. Попытки чтения связаны с суровой фрустрацией и нежеланием этого делать. При чтении стремительно возникают психосоматические проблемы: могут разболеться глаза, голова, сразу появляется желание отвлечься на что-нибудь более важное. Функционально безграмотные при чтении часто артикулируют губами или даже озвучивают прочтенное. Испытывают трудности при выполнении любых инструкций: от упражнений по шейпингу до ремонта ядерного реактора. Не умеют выстраивать и задавать вопросы по прочтенному материалу. Не могут полноценно участвовать в дискуссиях. У них очень заметная разница между понятым на слух и понятым от чтения. На проблему, вызванную собственным непониманием, реагируют либо выученной беспомощностью, либо наездом на окружающих, так как не до конца понимают, кто же все-таки прав, а кто виноват.

Деградация в первую очередь коснулась всех сфер деятельности, так или иначе связанных со словом. Всё стремится к первозданной, детской простоте и навязчивости. Реклама, Twitter из 140 букв, уровень прессы, уровень литературы. Сейчас даже разработаны специальные рекомендации, как писать тексты для функционально неграмотных людей. Прямо советы по копирайту, поскольку большинство рекламных месседжей оформляются именно по этим законам. Вот некоторые из них. Гораздо хуже воспринимаются абстрактные и обезличенные тексты, чем прямые обращения в духе «ТЫ записался добровольцем?». Надо составлять адресное сообщение, более персонализированное. Считается, что это самое важное и эффективное правило работы с безграмотной аудиторией. Вы согласны? Следует использовать слова из повседневного словаря, желательно не больше 3-4 слогов. Не надо всех этих длинных сложносоставных слов. Надо избегать наукообразных слов (все равно им не понять нашего дискурса), технических и медицинских терминов. Желательно избегать слов, допускающих разночтение по семантике. Нельзя использовать наречия типа «скоро», «редко», «часто» — поскольку таким людям важно знать, как скоро и как редко. Вводные слова тоже надо исключать, хотя, конечно, жаль. Разбивать информацию в виде красивых блоков. Побольше абзацев, никакой простыни из текста.  Предложения не должны превышать 20 слов. Заголовки тоже должны быть короткими и емкими. Хотели разнообразить свой текст синонимами? Не надо. Современных читателей появление новых слов только запутывает. И то, что вы в начале текста назвали «машинами», не должно вдруг становиться «автомобилями». Самая важная информация выносится в самое начало, поскольку велик риск, что если даже читатель доберется до конца, то вот здоровье и восприятие у него будут уже не те. Текст надо разбавлять щедрыми пробелами, выносками — все ради того, чтоб читателя не отпугнула мрачная стена сплошного текста. Да, и еще аккуратнее с картинками. Не должно быть никаких декоративных элементов, иллюстраций, перетягивающих на себя внимание.

Прямо-таки методичка по общению с идиотами. Не так ли? И ладно бы дело касалось простых обывателей. Так нет же, безграмотные неучи везде — бестолковые звезды, косноязычные лидеры мнений, не умеющие двух слов связать законодатели. А блогеры так вообще умудрились покрыть себя всем возможным позором в сфере складывания букв в слова, а слов – в предолжения.

И поневоле возникает вопрос: а что сохраняем-то? Какой язык? И на каком языке будут говорить наши внуки? И это вопрос, который можем решить только мы сами. Никакая помощь извне, никакие потуги энтузиастов не помогут в случае, если носителям языка будет комфортно отказаться от него. И опять же никакие неблагоприятные внешние факторы не могут уничтожить язык, если его носители уверены в том, что язык нужно сохранять, и готовы прилагать для этого усилия. УСИЛИЯ!!!

Елена ДРУЖИНЕНКО


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.